В Нижегородской области могут быть созданы эталонные практики госконтроля

1 Декабря 2017

Нижегородская область может стать эталонным регионом в части совершенствования системы государственного контроля и надзора, что поможет ей существенно подняться в рейтинге инвестиционной привлекательности субъектов РФ. Такое мнение высказал куратор реформы госконтроля, министр РФ по вопросам Открытого правительства Михаил Абызов по итогам состоявшегося 30 ноября публичного обсуждения правоприменительной практики территориальных надзорных органов Нижегородской области. Михаил Абызов вместе с врио губернатора региона Глебом Никитиным и руководством трёх ведомств — Россельхознадзора, Роспотребнадзора и Росприроднадзора, детально обсудили проблемы и предложения, озвученные в ходе встречи с предпринимателями, по итогам дан ряд поручений.

Открытые балансовые мероприятия по итогам деятельности контрольно-надзорных органов проводятся ежеквартально на федеральном и региональном уровне в рамках приоритетной программы по реформированию контрольно-надзорной деятельности, которая реализуется на площадке президентского Совета по стратегическому развитию и приоритетным проектам. Подобные обсуждения направлены на профилактику нарушений: предприниматели в диалоге с руководством надзорных органов из первых рук получают информацию о типичных выявляемых нарушениях и могут устранить их на своих объектах до прихода инспектора. «Балансовое» в Нижнем Новгороде прошло в новом формате, когда обсуждается работа сразу нескольких контрольно-надзорных органов, работающих на территории региона.

Мы заинтересованы в том, чтобы инвестиционный климат, на который оказывает существенное влияние контрольно-надзорная деятельность, был в области максимально благоприятным. Взаимодействие с бизнесом в рамках контрольно-надзорной деятельности должно строиться на балансе интересов, как частных, так и общественных. Его можно найти только в диалоге. Мы ставим перед собой задачу оказаться в "пилотах", передовиках в части реализации реформы контрольно-надзорной деятельности и принимаем активное участие в реализации проекта», — отметил врио губернатора Нижегородской области Глеб Никитин.

По его словам, в регионе проведена актуализация нормативно-правовой базы в сфере контроля и надзора, а планы проверок на 2018 год по 7 приоритетным видам регионального контроля разработаны уже с применением риск-ориентированного подхода. По сравнению с планами на 2017 год число проверок по этим видам контроля сократилось в среднем на 14%, а по отдельным видам — на четверть и более. Нормативные акты, содержащие требования к бизнесу, размещены на сайтах надзорных органов. В правительстве создана рабочая группа с участием территориальных и региональных органов контроля и надзора и представителей общественных организаций.

Михаил Абызов подчеркнул, что ключевая цель реформы — повысить безопасность граждан, снизить смертность, травматизм и уровень ущерба. Для этого важно сделать всю систему госконтроля открытой и прозрачной.

Если система госконтроля не будет абсолютно прозрачной как для руководителей, так и для бизнеса, не будет прозрачной для общественного контроля, то она никогда не будет качественной и эффективной. Мы должны быть очень последовательными и жёсткими в этом отношении. Основная функция госконтроля — обеспечить безопасность граждан. Если этот контроль коррумпирован, если можно откупиться за взятку от выполнения требований, значит, контролёр продаёт индульгенцию на смерть. Если гаишник может за взятку отпустить кого-то в пьяном виде, значит, он подвергает опасности ребёнка, который переходит улицу в соседнем дворе», — сказал министр.

В России, по данным министра, 85 тыс. человек погибает в результате контролируемых государством рисков, в то время как в странах ОЭСР — 45 тыс. Эта та цена, которую мы платим за неэффективный госконтроль. К 2025 году Россия, согласно программе по реформированию госконтроля, должна приблизиться к лучшим мировым практикам по этому показателю.

Вторая задача реформы — сократить избыточное административное давление на бизнес со стороны контролёров. Несмотря на то, что многие из поставленных задач выглядят очень амбициозными и труднореализуемыми, надзорные ведомства, по словам Михаила Абызова, последовательно приближаются к тем целям, которые были поставлены год назад, в начале реализации реформы.

В стране насчитывается 190 видов федерального контроля и надзора, а вместе с региональным и муниципальным — 220 видов. При этом контрольно-надзорные полномочия реализуют 44 ведомства. В этой структуре и архитектуре госконтроля заложены противоречия, указал министр. До сих пор у надзоров не было исчерпывающего реестра поднадзорных субъектов, и инспекторы работали по принципу «что вижу, то и проверяю». За год работы удалось составить исчерпывающий перечень субъектов, а также разработать индикаторы риска. В плане проверок на 2018 год, который согласовывается с органами прокуратуры, 80% проверок — по объектам высокого уровня риска, сообщил Михаил Абызов. При этом на 2018 год их заявлено на 15% меньше, чем на 2017 год.

Что касается Роспотребнадзора, с 2008 года общее число проверок ведомства сократилось в 4,5 раза, сообщил заместитель руководителя Роспотребнадзора Борис Кузькин.

Сформирована устойчивая тенденция снижения числа проверок в отношении субъектов малого предпринимательства. При этом за последние 5 лет количество плановых проверок в сфере торговли сократилось в 18 раз, в сфере общественного питания — в 11 раз. В 2017 году в связи с отнесением их к категориям низкого риска освобождены от плановых проверок около 300 тысяч объектов, это 14% от общего количества объектов, подлежащих надзору», — сказал замглавы ведомства.

Росприроднадзор сформировал единый банк данных о поднадзорных объектах и определил критерии распределения их по категориям риска. В результате число поднадзорных объектов сократилось с 80 тыс. до 20 тыс., рассказал руководитель ведомства Артём Сидоров.

Плановые проверки разворачиваются в сторону тех объектов, которые действительно представляют угрозу, пояснил Михаил Абызов. Такой принцип учитывает как интересы бизнеса, так и граждан. Такой риск-ориентированный подход нужно внедрять и при проведении внеплановых проверок, с которыми сегодня связаны наибольшие издержки бизнеса.

Наиболее трудоёмкий проект реформы — это проект по пересмотру требований к бизнесу.

Инспектор не выдумывает требования из головы, он проверяет то, что закреплено нормативными актами. Но требования, которые мы сегодня проверяем, — они во многом устаревшие, многие из них сложились в советское время, при другом укладе экономики. Мы должны будем их пересмотреть. Но пересмотр каждого требования, каждого СанПиНа, правового акта — это выпуск закона или акта, что, в свою очередь, требует большого количества времени. Мы стараемся компенсировать это внедрением чек-листов — списков контрольных вопросов для бизнеса. Чек-листы — это проба пера, которая будет первое время достаточно обременительна как для инспектора, так и для предпринимателя. Мы будем ежемесячно анализировать качество работы с чек-листами, чтобы обновлять их формат», — сказал Михаил Абызов.

По большинству видов контроля и надзора чек-листы начнут применяться с 1 января 2018 года. В ходе встречи предприниматели приветствовали внедрение этого нового инструмента госконтроля.

Михаил Абызов также сообщил о разработке мер, которые позволят повысить зарплаты инспекторам. Сегодня, по его словам, госинспектор федерального уровня получает 15-18 тысяч рублей в месяц, при этом он проверяет предприятия с многомиллионными оборотами, что создаёт коррупционные риски.

Подходы к оплате труда инспекторов и их материально-техническому обеспечению требуют пересмотра. Мы зафиксировали по итогам заседания правительства, что до 1 февраля мы совместно с Минфином внесём в правительство пакет документов, который позволит контрольно-надзорным органам направлять на своё развитие, на финансирование оплаты труда и на материально-техническое обеспечение всю экономию, которую контрольно-надзорный орган будет получать в ходе оптимизации своей структуры и системы управления. Это не дополнительное финансирование, но это открытие возможностей для надзорных ведомств», — пояснил Михаил Абызов.

На том же заседании 23 ноября был одобрен фундаментальный законопроект о госконтроле, который разрабатывался в формате Открытого правительства в течение более 2 лет. В тело этого документа, по словам министра, «упакованы» все задачи реформы госконтроля, что позволит перевести работу системы госконтроля из режима ручного управления в законодательно обеспеченный режим.

На региональном уровне административные барьеры, в том числе в сфере контрольно-надзорной деятельности, всё ещё являются основной проблемой малого и среднего предпринимательства, отметил уполномоченный по правам предпринимателей в Нижегородской области Павел Солодкий.

Предпринимателям сложно как защищать свои права в ходе проверок, так и обжаловать их результаты в судах. По информации прокуратуры Нижегородской области, за 9 месяцев 2017 года в деятельности контрольно-надзорных органов выявлено более тысячи нарушений прав предпринимателей, 200 должностных лиц привлечены к дисциплинарной и административной ответственности надзорными органами. По обращениям предпринимателей направлено 35 представлений об устранении нарушений», — проинформировал бизнес-омбудсмен.

Однако на деле чиновники никакой ответственности не несут. В ответ на это Михаил Абызов поручил сформировать статистику по обжалованию дел и по привлечению к административной ответственности сотрудников надзорных органов, чтобы понять, почему эта машина неэффективна и как её эффективность можно повысить.

Ещё одним элементом давления на нижегородских бизнесменов, по словам омбудсмена, стал весогабаритный контроль, который внедряется в области в пилотном режиме. Грузовики проверяются в движении с помощью специальных рамок, из-за чего возникает существенная погрешность. При этом средний штраф за нарушение составляет 400 тыс. рублей.

Дистанционная система измерения веса имеет погрешность до 20%, и это никуда не годится, считает Михаил Абызов. Он поручил на следующей неделе провести по этому вопросу совещание с Минтрансом, чтобы избежать возникновения резонансной ситуации, подобной скандалу вокруг системы «Платон».

Я полгода назад, когда эта проблема началась, сказал им (Минтрансу) оценить ошибки по "Платону", которые у них были, и хорошо всё продумать и проработать, чтобы не повторять эти ошибки при введении весогабаритного контроля. Надо взять это на контроль и проработать с ними, пока поезд не ушёл», — подчеркнул министр.

Региональный бизнес пожаловался и на трудности при взаимодействии с налоговой инспекцией. В частности, есть проблемы с электронной системой подачи деклараций по НДС. По мнению Михаила Абызова, ФНС стоит проводить наряду с другими надзорными ведомствами публичные «балансовые» с предпринимателями не только на федеральном уровне, но и в регионах, чтобы оперативно снимать подобные проблемы.

Страдают местные предприниматели и от того, что региональные органы контроля воспринимают свои полномочия как инструмент пополнения бюджета и стремятся выписать как можно больше штрафов. С этим должны бороться, в первую очередь, сами губернаторы, считает Михаил Абызов. Им необходимо в рамках проекта по региональному контролю и надзору дать методику для взаимодействия с муниципалитетами в формате лучших практик, указал министр. Он также договорился с Глебом Никитиным создать регламент, рекомендательный стандарт по практике вынесения предупреждений и штрафов для региональных и муниципальных контролёров.

Реформу госконтроля невозможно реализовать без участия регионов, подчеркнул Михаил Абызов. Именно площадка губернатора должна стать «точкой сборки» федерального, регионального и муниципального контроля и надзора. Именно на уровне губернаторов нужно разбирать в регулярном формате проблемные ситуации, возникающие при взаимодействии надзорных органов и бизнеса.

У меня есть абсолютная убеждённость в том, что Глеб Сергеевич (Никитин) и его команда смогут создать у себя постоянную, эффективную, работающую площадку, "точку сборки" различных надзоров. Амбиции, которые хотелось бы реализовать в Нижегородской области в части преобразования контроля и надзора, — создать региональный проект, который претендовал бы на то, чтобы стать эталоном для других российских регионов. Это, в том числе, поможет изменить позиции области в рейтинге инвестиционной привлекательности регионов, где она пока занимает 59-е место», — заключил Михаил Абызов.


Все события